Охрана банка «Капитал» пытала сотрудниц с помощью «Полиграфа»

6 ноября в Донецком апелляционном суде слушалось резонансное дело о пытках сотрудников банка «Капитал». Рассмотрев апелляционную жалобу подсудимого, суд подтвердил вину пенсионера МВД Александра Товпыги в пытках и превышении служебных полномочий. Ранее 46-летнего подполковника приговорили к 5 годам тюрьмы за издевательства над кассиром. Так же суд постановил лишить его звания (и милицейской пенсии), обязав при этом выплатить жертве 50 тысяч морального вреда и 2.670 гривен затрат на лечение.
3 ноября 2010 года из сейфа отделения донецкого банка «Капитал» в Пролетарском районе исчезли 46 тысяч гривен и 1 тысяча российских рублей. Обнаружив недостачу, управляющая велела подчиненным оставаться на местах после работы. Она позвонила в главный офис банка и пригласила 49-летнего руководителя службы безопасности Юрия Шунькина. Тот позвал на помощь приятеля, с которым раньше работал в областном управлении Донецкой милиции. Оба подполковника приступили к неофициальному расследованию.
Всю ночь они допрашивали и тестировали с помощью детектора лжи «Полиграф» банковских сотрудниц. К утру установили «главную подозреваемую». Ею оказалась 22-летняя кассир, которая в день пропажи денег впервые приступила к работе. Кроме кассира только управляющая имела ключ от сейфа и доступ к деньгам. Чтобы вернуть украденные деньги, милиционеры заставляли девушку признаться. При этом душили ее, надевая на голову полиэтиленовый пакет, надевали на запястья и щиколотки наручники, топтались каблуками по пальцам.
Обвиняемый Александр Товпыга вины в применении пыток и злоупотреблении властью не признал. Он явился в суд в сопровождении адвоката. Подполковник до сих пор находится на свободе, хотя еще 17 июля осужден Пролетарским райсудом. При этом второй обвиняемый — экс-начальник службы безопасности банка «Капитал» Юрий Шунькин предстать перед судом не может. В феврале нынешнего года он перенес инсульт – плохо говорит и плохо ходит, поэтому дело в отношении него приостановлено.
Адвокат Товпыги Наталья Скуратовская просила коллегию судей направить дело на дополнительное расследование. Она считает, что вина ее подзащитного не доказана.
Сам Товпыга сообщил судьям, что имеет стаж безупречной работы в МВД 26 лет, уволился со службы в должности оперуполномоченного. В трудовой книжке имеет 40 поощрений. Товпыга так же ссылался на то, что живет вдвоем с матерью, которая имеет онкологическое заболевание и нуждается в его заботе. По словам подсудимого, злоупотребить служебным положением он не мог, так как до описанных событий уже уволился.
В суд явились две потерпевшие – бывший кассир и бывшая управляющая Пролетарского отделения банка. Интересы кассира в суде защищали так же два ее адвоката.
Обе потерпевшие просили суд строго наказать Товпыгу.
«Меня пытали, забрали у меня телефон, били. Только около 13.00. 4 ноября я смогла вырваться и вернуться домой. Дома сразу потеряла сознание, мне вызвали скорую», — рассказала коллегии судей пострадавшая кассир.
Подсудимый Товпыга заявил, что у кассира есть мотив его оговорить, чтобы не отвечать за недостачу. По факту хищения денег из кассы возбуждено отдельное уголовное дело, но не расследуется. Подсудимый считает, что дело о пытках инспирировано чиновником Донецкой облгосадминистрации, который является родственником кассирши.
По окончании суда Александр Товпыга поведал в интервью об особенностях работы банковской службы безопасности.
«В тот вечер, когда мне позвонил Юрий, я собирался на футбол, — рассказал корреспонденту Gazeta.ua Александр Товпыга. — Юрий сказал, что обнаружена недостача и банк хотел бы разобраться сам. Я не мог отказать, так как уже начал проходить стажировку в этом банке, собирался идти работать к Юрию. Наручников, пистолета, удостоверения у меня не было, так как я уже подал рапорт. А вот детектор лжи — «Полиграф» был. И я его взял с собой. Мы протестировали 22-летнего кассира Олесю и еще одного кассира. Детектор показал, что Олеся врет. В тот день она только заступила на работу, перед этим месяц стажировалась. Накануне вечером они закрывают сейф – деньги на месте. Утром переделывают пароли под Олесю и передают ей ключ. К концу первого рабочего дня Олеси денег нет. Вечером она заявляет, что камеру слежения забыла включить, а где деньги не знает. Мы проверили всех, кто в этот день появлялся в банке. Среди них оказался некий Рустам, который 3 ноября зашел в банк снять 25 гривен по карточке. Олесю спрашивали: «Кому ты передала деньги?». «Знакомому?». «Родственнику?». Потом называли имена людей. Когда был назван Рустам, у Олеси началась реакция. Детектор не дает сто процентов уверенности, но он показал, что Рустам знаком Олесе и что она причастна к краже. Позже я получил распечатку ее мобильных разговоров. На телефон Рустама Олеся звонила, а после того как она вышла из банка 4 ноября ей звонил Рустам. Утром Олеся поехала с Шулькиным по указанию начальницы отделения на разговор в главный офис. Там ее видели три охранника и начальник отдела, который занимается филиалами. И никаких побоев на лице никто не заметил, а потом появляется экспертиза с синяками. Олеся пожаловалась своей тете на «плохих милиционеров» — избили, наручники одевали, телефон забрали, «Полиграфом» пытали. За медицинской помощью она обратилась только в 16.30., после общения с тетей – на тетин телефон тоже были звонки. Может, ее успел побить ее сообщник Рустам? Ни один свидетель (даже вторая потерпевшая) не подтвердил, что слышал крики или видел кассиршу избитой после разговора с начальником безопасности. А кто же видел синяки? Только тетя. И насильно в банке мы сотрудников не удерживали – дверь в отделение заперла на ключ начальница. Обнаружив недостачу, она вызвала на место своего мужа. Он был свидетель всех событий, бегал для меня за сигаретами. Если я кого-то насильно удерживал, бил — что мешало мужу управляющей вызвать милицию? Кроме того, избиение Олеси происходило в помещении кассы размером полтора на полтора метра. 3 человека, включая 2 мужчин и жертву, физически не могли там разместиться. Из-за тонкой пластиковой перегородки свидетели не слышали криков и ударов, а только разговор на повышенных тонах».
«Не видела – били ли кассира, я находилась в другом помещении с остальными сотрудницами. Допускаю, что деньги присвоила кассир Олеся. Синяков на ее лице тоже не видела. И все-таки настаиваю, чтобы подсудимых посадили в тюрьму. Они — мужики такое вытворяли с нами, женщинами, что вы себе даже представить не можете – били по лицу, пугали, наставляли на нас оружие», — рассказала Gazeta.ua бывшая управляющая, которая так же в банке «Капитал» уже не работает.

Татьяня ЗАРОВНАЯ. Gazeta.ua. 07 ноября 2012

Добавить комментарий